Я думал, что у моей дочери счастливая семья пока не навестил их.
Когда наша Алиса объявила, что выходит замуж за мужчину на восемь лет старше, мы не стали возражать. Он сразу произвел хорошее впечатление утонченный, вежливый, заботливый. Григорий умел располагать к себе. Он осыпал нашу дочь знаками внимания: цветами, путешествиями, подарками. А когда заявил, что берет на себя все расходы на свадьбу ресторан, платье, видеооператоров, оформление я чуть не расплакался. Мы были уверены: наша девочка в надежных руках.
*«У него собственный бизнес, мам, не переживай»,* говорила Алиса. *«Он обеспечен, у него всё под контролем».*
Через полгода после свадьбы Григорий приехал к нам с Алисой в гости. Молча осмотрел нашу квартиру. На следующий день пришли замерщики, а через неделю рабочие. И вот в нашей старой московской «хрущевке» появились роскошные пятикамерные стеклопакеты, шумоизоляция. Потом обновили балкон, поставили кондиционер, даже плитку в коридоре заменили.
Мы с женой благодарили, смущаясь, но он отмахивался: *«Мелочи. Для родителей жены ничего не должно быть слишком дорогим».* Конечно, это было приятно. И как не радоваться, видя дочь в уюте, любимой, с таким внимательным мужем?
Потом родился их первенец. Всё выглядело, как в кино: выписка из роддома с шарами, красивый конверт, кружевные пеленки, фотограф всё было идеально. Мы с женой умилялись: *«Вот она, счастливая семья».*
Два года спустя появился второй ребенок. Снова подарки, гости. Но Алиса казалась потухшей. Уставший взгляд, натянутая улыбка. Сначала я списал на послеродовую усталость. Двое детей непросто. Но в каждом звонке чувствовал: она что-то скрывает.
Решил навестить их. Предупредил. Приехал вечером. Григория не было. Алиса встретила без радости, дети играли в комнате, я обняла их, прижал к себе. Сердце радовалось внуки, всё-таки. Потом, когда они увлеклись мультиками, тихо спросил дочь:
Алиса, родная, что случилось?
Она вздрогнула, отвела взгляд и напряженно улыбнулась:
Всё в порядке, пап. Просто устала.
Это не просто усталость. Ты как будто не здесь. Не смеешься, глаза грустные. Я же тебя знаю, Алиса. Говори правду.
Она колебалась. В этот момент хлопнула входная дверь вернулся Григорий. Увидев меня, он едва заметно замер. Улыбнулся, поздоровался, но взгляд был ледяным, словно я ему мешал. И тут я почувствовал слишком сладкий, явно женский парфюм, который ему не подходит. Французский, явно не мужской.
Когда он снял пиджак, я заметил след помады на воротнике. Розовой. Не удержался и тихо спросил:
Григорий ты действительно был на работе?
Он на секунду застыл. Потом выпрямился, холодно, почти жестко посмотрел на меня и ответил:
Алексей Петрович, с уважением к вам, но не лезьте в наши отношения. Да, есть другая. Но это ничего не значит. Для мужчины моего уровня такое бывает. Алиса в курсе. Ничего не меняется. Мы не разведемся. Дети, жена всё под контролем. Я их содержу, я рядом. Так что не зацикливайтесь на таких пустяках, как помада.
Я стиснул зубы. Алиса встала и ушла в детскую, опустив глаза. Он отправился в душ, будто ничего не произошло. Сердце разрывалось от бессилия. Я подошел к дочери, обнял и прошептал:
Алиса тебя это устраивает? Что он спит с другой, а ты терпишь? Разве это семья?
Она пожала плечами и заплакала. Беззвучно, будто л
